Почему Бьорк?
Feb. 26th, 2009 11:13 amПару дней назад мне приснилось детство в обличье Бьорк. Начало сна было сумбурным, я был "якобы взрослым", чего за мной до сих пор не наблюдается. Я ехал на большом мягком внедорожнике (почему-то казалось, что это именно "Хонда") со спиннерами. Спиннеры были закрыты дурацкими пластиковыми нахлобучками с тремя мелкими круглыми дырочками. Поэтому когда я кому-то показывал, что у меня машина со спиннерами, людям приходилось нагибаться и высматривать мегамоддинг в дырочках. И только потом они восклицали:
- Вау! Спиннеры!
Потом я проехал по узким просёлкам мимо заборов, за которыми скрывались обычные дворики, и выбрался на широкую улицу. Проспект, я бы сказал. Вокруг было светло, ярко и красочно - зелёные деревья, изумрудная травка, голубое небо, тёмно-синяя река, через которую перекинут изящный мост... По обе стороны стояли дома, напоминавшие хрущёвки-пятиэтажки, но с большим количеством интересных деталей. Они выглядели довольно старыми, кирпичи покрылись мхом и разводами, но под яркими лучами солнца от этого лишь возникал эффект уюта и спокойствия.
В Полтаве такого места нет. Ну, конкретно такого, хотя совокупно, пожалуй, это были как раз места, которые я больше всего люблю в родном городе. Да, это они и были, просто собранные из разных эпизодов моего детства в одном месте.
Я вышел на улицу, выбросил нахрен ботинки, и пошёл босиком. И тут увидел её.
Я сейчас пытаюсь вспомнить, во что она была одета, но нихрена не получается. То ли в лёгкое платье, то ли в детский комбинезон, то ли вообще была голой - возможно, что вот так, одновременно, во всём она и была. И одновременно - ни в чём.
Мы не говорили ни о чём, просто бежали по улице и орали, как дети. Без причины, просто было весело.
По дороге к нам пристали двое серых прохожих (один из них, для справедливости, был в коричневом пальто). Они попросили нас не орать, и Бьорк со шкодливой улыбкой прижала палец к своим губам.
Мы тихонько свернули в один из дворов и нашли пожарную лестницу, по которой забрались на крышу... Кажется, это был двухэтажный дом. Похожий на тот, в котором я жил первые несколько месяцев своей жизни (чего, естественно, помнить не могу, хотя сам дом знаю, и позже очень часто мимо него ходил). Серые прохожие какого-то чёрта увязались за нами и тоже залезли на крышу, и тут Бьорк впервые заговорила:
- Вы собираетесь забираться в захламленную комнату через маленькое окошко?
(за точность фразы не поручусь, но смысл был такой).
После этого серые типы свалили, а я вслед за ней забрался (через окошко, как ни странно) в маленькую комнату, действительно заваленную мягкими игрушками, одеждой, бумажками и прочей ерундой. В комнате было почти темно, только очень мягкий свет от лампы возле противоположной стены позволял что-то видеть.
До этого момента я принимал всё как данность, я вообще всегда знаю, что сон - это сон. Я их смотрю, как интересное кино. Иногда действительно такие сюжеты бывают... Впрочем, неважно. В этот раз я отлично понимал, что сплю, но мне нравился этот сон, и я просто с наслаждением воспринимал яркие иллюзии.
Но в той самой комнате до меня вдруг начал доходить смысл всего увиденного. Вернее, даже не смысл, а суть каждой детали, всего, что меня окружало в этом сне. Это был самый настощий шок, который, конечно, никому, кроме меня не будет понятен, если не рассказать перед этим всю биографию в мельчайших подробностях.
Представьте, что можно почувствовать, когда тебе одним махом показывают всё, что было для тебя действительно дорогого в жизни.
* * *
Но, блядь, почему именно Бьорк?
Это единственный образ из всего сна, смысл которого я понять не могу.
Почему Бьорк?
- Вау! Спиннеры!
Потом я проехал по узким просёлкам мимо заборов, за которыми скрывались обычные дворики, и выбрался на широкую улицу. Проспект, я бы сказал. Вокруг было светло, ярко и красочно - зелёные деревья, изумрудная травка, голубое небо, тёмно-синяя река, через которую перекинут изящный мост... По обе стороны стояли дома, напоминавшие хрущёвки-пятиэтажки, но с большим количеством интересных деталей. Они выглядели довольно старыми, кирпичи покрылись мхом и разводами, но под яркими лучами солнца от этого лишь возникал эффект уюта и спокойствия.
В Полтаве такого места нет. Ну, конкретно такого, хотя совокупно, пожалуй, это были как раз места, которые я больше всего люблю в родном городе. Да, это они и были, просто собранные из разных эпизодов моего детства в одном месте.
Я вышел на улицу, выбросил нахрен ботинки, и пошёл босиком. И тут увидел её.
Я сейчас пытаюсь вспомнить, во что она была одета, но нихрена не получается. То ли в лёгкое платье, то ли в детский комбинезон, то ли вообще была голой - возможно, что вот так, одновременно, во всём она и была. И одновременно - ни в чём.
Мы не говорили ни о чём, просто бежали по улице и орали, как дети. Без причины, просто было весело.
По дороге к нам пристали двое серых прохожих (один из них, для справедливости, был в коричневом пальто). Они попросили нас не орать, и Бьорк со шкодливой улыбкой прижала палец к своим губам.
Мы тихонько свернули в один из дворов и нашли пожарную лестницу, по которой забрались на крышу... Кажется, это был двухэтажный дом. Похожий на тот, в котором я жил первые несколько месяцев своей жизни (чего, естественно, помнить не могу, хотя сам дом знаю, и позже очень часто мимо него ходил). Серые прохожие какого-то чёрта увязались за нами и тоже залезли на крышу, и тут Бьорк впервые заговорила:
- Вы собираетесь забираться в захламленную комнату через маленькое окошко?
(за точность фразы не поручусь, но смысл был такой).
После этого серые типы свалили, а я вслед за ней забрался (через окошко, как ни странно) в маленькую комнату, действительно заваленную мягкими игрушками, одеждой, бумажками и прочей ерундой. В комнате было почти темно, только очень мягкий свет от лампы возле противоположной стены позволял что-то видеть.
До этого момента я принимал всё как данность, я вообще всегда знаю, что сон - это сон. Я их смотрю, как интересное кино. Иногда действительно такие сюжеты бывают... Впрочем, неважно. В этот раз я отлично понимал, что сплю, но мне нравился этот сон, и я просто с наслаждением воспринимал яркие иллюзии.
Но в той самой комнате до меня вдруг начал доходить смысл всего увиденного. Вернее, даже не смысл, а суть каждой детали, всего, что меня окружало в этом сне. Это был самый настощий шок, который, конечно, никому, кроме меня не будет понятен, если не рассказать перед этим всю биографию в мельчайших подробностях.
Представьте, что можно почувствовать, когда тебе одним махом показывают всё, что было для тебя действительно дорогого в жизни.
* * *
Но, блядь, почему именно Бьорк?
Это единственный образ из всего сна, смысл которого я понять не могу.
Почему Бьорк?